Возьми меня с собой – говорит Дуся, глядя, как я собираюсь в магазин.

- Возьми меня с собой – говорит Дуся, глядя, как я собираюсь в магазин. - Нет, Дусечка, ты будешь мне мешать. Сиди дома. Я скоро вернусь. - Дома скучно. Ну, возьми меня. Я буду хорошо себя вести. И совсем не помешаю. - Нет и нет. У меня будут руки заняты – как я твой поводок держать буду? И в магазин тебя не пустят. Я проверяю - достаточно ли дров в печи, чтобы она не погасла к моему возвращению, беру ключи от калитки, кладу в карман варежки и направляюсь к выходу. - Пожалуйстаааа – заплакали тут мне в спину – ну, пожааааалуйста…. Сила воли и твердость характера – не мой конек. Надеваем ошейник, пристегиваем к нему поводок-рулетку, и, в шесть ног, бодро выбегаем на сельскую улицу. Первые сто метров Евдокия ведет себя, как истинная леди. На многочисленные собачьи приветы, что сыплются на нас из-за заборов слева и справа, чинно-благородно отвечает «здрасти», «привет-привет», «и вам того же». Потом нам навстречу попадается куриная компания, совершающая променад вдоль уходящей вдаль рабицы. - Привет, куры! – радостно кричит Дуся, и прыгает в сторону заполошно орущих наседок. - Но-но-но! – строго говорит Евдокии петух. – Иди куда шла. И, на всякий случай, уводит свой гарем за забор. А Дусина жизнерадостная энергия бьет уже в другую сторону: - Привет, гуси! – дергает она поводок с такой силой, что рука у меня становится, как минимум, на полметра длинней. Однако, гуси – это вам не куры, их нахрапом не возьмешь. Главный гусак, здоровенный такой детина, распластал крылья, пригнул голову к земле, зашипел по-змеиному и двинулся в нашу сторону. Мы с Евдокией сгруппировались и максимально ускорили шаг, с трудом сдерживаясь, чтобы не перейти на позорный бег. Когда отходим на безопасное расстояние, Дуся поворачивается и кричит: - Сам дурак! - Видела – как я его? – горделиво спрашивает она у меня. - Смело – оценила я. – Решительно. Только ты забыла, что нам придется возвращаться в обратную сторону. Далее идём молча, обдумывая предстоящие перспективы. Доходим до церкви. В воротах стоит местный батюшка, улыбаясь в никуда. Здороваемся. - В магазин? – спрашивает отче. - За хлебом – рапортует Евдокия. - С Богом – говорит батюшка ласково и осеняет нас крестом. Мы обходим церковную ограду и оказываемся перед магазином. Слева от крыльца стоит длинная лавка, справа – стойки для велосипедов. К двум – привязаны «железные кони», к третьей – я привязываю Дусю. - Сиди смирно. Веди себя прилично. Я скоро буду. - А ты купишь мне сосиску? Хотела сказать, что это шантаж и вымогательство, но - посмотрела в полные радостного ожидания глаза, и не стала занудствовать: - Куплю. Жди. Через десять минут я возвращаюсь. Дуся с велосипедами стоят на месте, а на лавке сидят хозяева «коней», дожидаясь, когда можно будет забрать свой транспорт. Я быстренько отвязываю Евдокию, раз десять говорю «извините» и мы идем прочь, сопровождаемые укоризненными взглядами. - А я – что? Я – ничего – оправдывается Дуся. – Я сказала им – забирайте свои велосипеды, мне они не нужны. А они говорят – ничего-ничего, мы на лавочке посидим, нам не к спеху… А ты сосиску купила? Достаю из пакета сосиску, снимаю с нее целлофан, отламываю половинку Евдокии. - Какая гадость – эти твои сосиски. Что ты в них находишь? - Гадость, конечно – соглашается Дуся. – Ты правильно делаешь, что не ешь их. Давай я доем и вторую половинку, чего ей валяться среди хороших и полезных продуктов? Я смеюсь и отдаю Дусе сосискин остаток. По мере приближения к месту гусиного конфликта, Евдокия идет все медленней и медленней. Потом обходит меня, пристраиваясь с другой стороны. - Молодец – говорю я. – Ты, значит, кричала «дурак», а отдуваться мне. - Да я просто так. Если будут нападать, я - как выскочу, как… - Можешь начинать выскакивать. Никого нет. Ушли гуси, не дождавшись отмщения. Домой мы доходим без приключений. Дуся идет греться, а я на кухне разбираю пакеты с покупками. Слышно, как в соседней комнате Евдокия рассказывает собравшимся у печи кошкам: - …здоровенный такой… как зашипит… как бросится… а тут я кааак выскочу… кааак… Евдокия на секунду возникает в дверном проеме, проверяя, слушаю ли я. Потом исчезает, и заканчивает повествование страшным шепотом: - … только перья полетели во все стороны! Слушательницы ахают и восторженно вздыхают. (Людмила Старцева) #приютдляживотных #историявполдень